Что и подтвердилось развернувшимися в последствие событиями. И это были уже не самостийные ячейки безграмотного пролетариата в революционном понимании коммунистической идеологии, а сгустки нового коллективного интеллекта производительных сил.
Рабочие группы по проектам хозрасчёта и самофинансирования в равной степени возглавлялись: председателями СТК-а; горными инженерами;
экономистами и, авторитетными рабочими лидерами.
По совести и разумению надо признать, что именно на этот фактор и был сделан расчёт Верховной власти в упомянутом «новаторском» Законе.
Законом было установлено: «В совет трудового коллектива избираются рабочие, бригадиры, мастера, специалисты, представители администрации, партийной, профсоюзной, комсомольской и других общественных организаций». Но метастазы разрушения созидательной гражданской инициативы, с её истребительным прочёсом на протяжении почти четырёх поколений, уже не могли быть преодолены в одночасье.
Образно выражаясь, благой посев на гиблом пустыре был неизбежно обречён если не на бесплодность, то на основательную сорность. И этот вывод однозначно и бесспорно подтвердился на завершающем этапе истории Союза Советских Социалистических Республик - «Империи грёз призрака коммунизма».
На шахте имени «Шевякова» рабочую группу по проекту хозрасчёта, созданную в сентябре 1987года, возглавили горный мастер добычного участка Кокорин Валерий Георгиевичи и проходчик подготовительного участка Шихарев Юрий Илларионович.
Не получив обнадеживающих решений по части предметов протеста, а тем более гарантий неприкосновенности его участников, митинг своим решением подтвердил полномочия инициативной хозрасчётной группы Шахты, преобразованной 28-го июня в предстачечный комитет и дополнил его представителями от всех смен.
Митинг дополнил перечень ранее заявленных требований и поручил стачечному комитету направить их Министру угольной промышленности Союза ССР.
На тот момент предполагалось, что этот уровень обращения был истиной последней инстанции для решения всех шахтёрских проблем.
На этот раз ультиматума уже не было, а были конкретные действия: были остановлены все добычные и подготовительные забои шахты и прекращена отгрузка угля потребителям.
К 13-ти часам дня часть шахтёров в рабочих спецовках стихийно вышла в центр города Междуреченска и «оседлала» его главную площадь.
Стачечный комитет, понимая, что одним в этой ситуации не выстоять, связался с дежурными по советам трудовых коллективов ближайших шахт по угольному району, находившихся в предзабастовочном состоянии и «зарядил» к ним своих гонцов с образцовым пакетом своих стачечных требований.
Гонцы прибыли к соседям к завершению первой подземной смены.
Члены СТК-а соседних шахт зачитали рабочим основания стачки шевяковцев и протест, накопленный в поколениях, прорвался.
Требования, положенные за основу стачки коллектива шахты имени «Шевякова» хотя и содержали локальные признаки, но по сути своей отражали и их проблемы, поэтому без лишних дебатов были одобрены и солидарно приняты.
К вечеру на главную площадь города Междуреченска, где уже решительно обосновалась митинговая масса рабочих шахты имени «Шевякова», прибыли и первые отряды от шахт имени «Ленина», «Томская», «Усинская».
И здесь же на митинговом уровне сформировался первый кустовой стачком угольщиков юга Кузбасса.
При этом администрации забунтовавших шахт, по вышеописанным самодурным основаниям, от событий протеста откровенно «умыли руки».
Дело приобрело крутой и пока ещё непредсказуемый разворот.
В восемь часов вечера 10-го июля в город Междуреченск из Новокузнецка (промышленного доминанта юга Кузбасса) «тихо поспешая» прибыла совместная комиссия с руководством Территориального комитета профсоюза и угольного Объединения «Южкузбассуголь», то есть Генерального Директора Объединения и Председателя Территориального комитета профсоюза.
Но мятежная ситуация уже вышла за пределы взаимного доверия и затяжные переговоры сторон к соглашению не привели.
Да и могло ли быть иначе…?
Понимая, что инициатива наказуема, а основания стачки имея локальный производственный характер после удовлетворения требований обернутся неизбежными репрессиями, теперь уже кустовой стачком положил в основу своих стачечных требований условия, выходящие за компетенцию угольного Объединения и Территориального комитета профсоюза.
Кроме того, именно по вине меркантильной суеты само выживание чиновников Объединения «Южкузбассуголь, в том числе и в части их интересов в выше описанных самодурных бодягах, у сторон неизбежно возник «языковой барьер[11]».
В этих стихийных условиях ссориться с бастующими коллективами руководству угольного Объединения было уже ни как не с руки. А вот при разрастании событий по горизонтали, если стихийный процесс не иссякнет, то быть вовремя и к месту, резон оказался на лицо.
Гонцы кустового стачкома к тому времени уже успели побывать в городах Белово, Осинники, Мыски, Новокузнецк, Прокопьевск, Киселёвск, Гурьевск. А это уже в случае поддержки их кустовой стачки могло составить три четверти угольных предприятий Кузбасса - базовой кочегарки страны. Если бытовые проблемы одной - двух шахт, как это бывало и раньше, еще могли остаться «зажато» не замеченными, то в случае выдвижения отраслевых требований, которые были общими, надежда на их поддержку имела все основания.
На шахтах кустовых угольных месторождений условных «центра» и «юга» Кузбасса начали срочно создаваться стачкомы с выдвижением как своих локальных, так и отраслевых шахтёрских требований. К тому же, теперь уже забастовочные требования формировались и с учётом специфики местных горно-геологических условий.
С этого момента руководство угольных Объединений «центра» и «юга» Кузбасса начало активно внедрять своих агентов в стачкомы шахт из числа шахтовых подснежников от партийных, комсомольских и прочих сателлитных организаций. И уже через них «втирать» в забастовочные требования шахтёров элементы своих меркантильных интересов.
Где - то им это удавалось, но по большому счёту, уже при выходе шахтовых стачек на объединение кустовых забастовочных комитетов их без особых усилий вычисляли и блокировали.
Складывалось впечатление организационно выверенной акции. Время для локальных разборов протеста шахтёров было упущено и разрозненный конфликт перерос в политический инцидент авторитета Верховной власти.
Не маловажную лепту в развитие этой ситуации на её начальной стадии внесли как сами руководители угольных Объединений, так и местные, партийные и советские руководители. По их «страусиному» умолчанию стихийный предзабастовочный настрой по Кузбасскому региону ими всячески замалчивался.
Производственные и социально бытовые проблемы, десятилетиями потрясавшие шахтёрские коллективы, забивались показухой «героических трудовых рекордов и идеологических юбилейных вахт».
Даже когда забастовочный протест стал приобретать организованные действия с остановкой угольных предприятий, этот процесс ими доносился Верховным властям как всего лишь похмельный синдром бузотёров. И только благодаря тому, что вопреки, всякой логики Советской системы, на каком - то этапе в этот процесс, в качестве наблюдателей включились органы прокуратуры промышленных городов Кузбасса - оценка забастовочных событий обрела относительно достоверную реальность.
Именно по основаниям прокурорского видения объективной оценки забастовочного протеста шахтёров у Союзных властей и Кремлёвских идеологов наконец - то стал прорезаться здравый взгляд на обоснованность шахтёрских проблем.
[1] На гора – горняцкий термин, означает выход или выезд из шахты на поверхность.
[2] Переходные компенсации - доплаты за подземный переход от ствола шахты до места работы (участка или забоя.)
[3] Мчать на верха качать меха – обиходное выражение функционеров шахтёрских коллективных лидеров - по смыслу означает отстаивать интересы коллектива, решать производственные и бытовые проблемы на уровне руководства шахты и выше.
[4] На этой шахте суточный график работы состоял из четырёх смен. Рабочие пересмены происходили непосредственно на подземных участках.
[5] Берлога - медвежье логово. В переносном смысле - жильё на уровне примитивного выживания.
[6] Бузные ораторы - скандально заводные неформальные лидеры.
[7] Бурда закипела - основа производства алкогольной продукции.
[8] Ведомости СНД и ВС СССР, 1989, № 9.
[9] Полный текст настоящего Постановления см. в собрании Законодательства СССР за 1987год.
[10] Бодяга – из не формальной лексики по смыслу означает вздорная, бестолковая, безнадёжная беспредметная, и так далее, затея.
[11] Языковой барьер - применительно к данной ситуации осознанное непонимание сторонами предметов интереса.